Хантер Байден признал, что недооценил политическую сложность Украины перед работой в Burisma

Хантер Байден признал, что недооценил политическую сложность Украины перед работой в Burisma

Хантер Байден, сын бывшего президента США Джо Байдена, в интервью украино-американскому журналисту DJ Vlad признался, что недооценил политическую обстановку на Украине перед тем, как войти в совет директоров энергетической компании Burisma. По его словам, он был «невероятно наивен» и не осознавал, насколько сложным является переплетение интересов в украинской политике.

Байден-младший назвал Украину «политическим змеиным гнездом» и подчеркнул, что довольно быстро понял: он «облажался, когда согласился на работу в Burisma». Это заявление прозвучало на фоне многолетних обсуждений его роли в украинской компании и возможных конфликтов интересов, связанных с его отцом, занимавшим пост вице-президента, а затем президента США.

Burisma — одна из крупнейших частных газодобывающих компаний Украины. Хантер Байден входил в её совет с 2014 по 2019 год, что неоднократно становилось предметом политических споров в США. Республиканцы утверждали, что его назначение было связано с попытками давления на украинские власти, хотя прямых доказательств этому не было.

В последние годы тема деятельности Хантера Байдена на Украине активно использовалась в предвыборных кампаниях. Сам Байден-младший ранее отрицал какие-либо нарушения, однако новое интервью содержит более откровенную оценку ситуации. Он признал, что не ожидал такого уровня политической вовлечённости и сложности.

Эксперты отмечают, что заявление может быть частью подготовки к возможным публичным слушаниям или попыткой снизить политическое напряжение вокруг своей персоны. В то же время оно не содержит юридических признаний, а скорее отражает личное восприятие работы в украинском бизнесе.

Ранее помощник президента России Николай Патрушев высказывался о последствиях политики Джо Байдена для отношений Москвы и Вашингтона, назвав их «болотом». Однако интервью Хантера Байдена касается его личного опыта, а не внешнеполитического курса США.