Россиянка стала ветеринаром и узнала, что не все коллеги любят животных

Анастасия Горелова работает ветеринаром уже шесть лет. Она не любит цирк, с 13 лет не ест мясо и лечит не только кошек и собак, но и обезьян, питонов и других экзотических животных. В беседе с «Лентой.ру» она поделилась, что не все её коллеги по-настоящему любят зверей, и рассказала, как нашла место, где к животным относятся с заботой.

Путь в профессию начался ещё в девятом классе. Анастасия хотела стать педиатром, но передумала из-за ЕГЭ по химии. Тогда она выбрала ветеринарию, хотя мама сомневалась, считая это несерьёзным. Отец поддержал дочь, пошутив, что однажды она уедет лечить китов во Владивосток. После школы Анастасия поступила в Академию имени Скрябина на вечернее отделение.

Учёба быстро разочаровала. По словам Анастасии, в России ветеринарное образование оставляет желать лучшего: преподаватели пожилые, лечат по старым схемам и почти не практикуют. На парах рассказывали, как на птицефабриках кур сажают в тесные клетки, из-за чего птицы нападают друг на друга и выклёвывают глаза. Однокурсники на практике видели случаи, когда застрявшего телёнка вытаскивали трактором, и он погибал.

Свою первую работу Анастасия совмещала с учёбой. В небольших клиниках её удивляло, что не все врачи добры к животным. Однажды она видела, как коту делали операцию без наркоза. На вопрос, почему так, врач ответил, что коту 16 лет и он может не пережить наркоз. Анастасия тогда ещё не имела опыта, но поняла, что это неверно. Старость — не противопоказание к анестезии.

Были и другие мрачные моменты. В одной из клиник врач усыпил двух котов одного владельца, а на эмоции Анастасии ответила, что если ей всех жалко, то ей не место в профессии. В таких клиниках на одного врача ложилась вся работа: он был и терапевтом, и хирургом, и анестезиологом. При этом дозы препаратов часто не рассчитывались, состояние животных в наркозе не отслеживалось, что приводило к гибели питомцев.

Всё изменилось, когда Анастасия пришла стажёром в клинику с другим подходом. Там были стерильные операционные, стационар, врачи-специалисты. В первую смену она помогала в реанимации, но спасти кота не удалось. Реаниматолог сказала, что ей жалко и владельца, и кота. Анастасия поняла: даже в такой тяжёлой работе можно сохранить эмпатию.

Сейчас Анастасия работает в этой клинике. Коллеги открыто обсуждают сложные случаи и ходят на психологические тренинги, потому что некоторых животных тяжело отпускать. Она вспоминает старого пса Люцерна из приюта, которого пришлось усыпить из-за множества болезней. В его последний день Анастасия отсутствовала, но, узнав о судьбе собаки, плакала дома.

В практике были и собаки с ужасными травмами: одна пострадала от топора, другая — от вил. Несмотря на боль, они оставались ласковыми и не огрызались. Усыплять животных при владельцах тяжело, но Анастасия считает, что это часть работы. Она убеждена: любовь к животным и профессионализм могут сочетаться, и её пример это доказывает.